Очнувшись, Елена никак не могла понять, где находится. Она лежала на спине. Над ней на лазурном небе светило солнце, которое не грело, а лишь излучало холодные яркие лучи. Приподнявшись и откинув с лица прядь темных волос, девушка огляделась. Ее взору предстала темная гладь раскинувшегося перед ней озера, ровный песчаный пляж и густая растительность, внешне напоминающая родные леса в Мистик-Фоллс.
Мистик-Фоллс…разум зацепился за бледное воспоминание, родного городка, пока ужас случившегося не обрушился на девушку снова.
Пустота. Пустота, поглощающая все вокруг…разъедающая, её тело и её душу. Душа? Осталось ли хоть что-то от её души после того как они одержали победу ценной его жизни? Осталось ли хоть что-то от неё после смерти столь близкого человека?
После того как Клаус был повержен, Елена со слезами счастья и облегчения бросилась в объятья Стефана, и когда она крепко прижалась к любимому мужчине и вдохнула столь родной запах, девушка подняла взгляд и увидела Кэролайн, склонившуюся над кем-то.
«Бонни», - первое, что пришло в голову Гилберт.
Елена мягко освободилась от кольца рук Сальваторе младшего, и облизнула пересохшие губы. Сглотнув ком в горле, Елена двинулась к блондинке.
- Нет..., – она упала на колени и закричала. – Нет! Этого не может быть!
Девушка почувствовала крепкие объятья, но вырвалась из них, бросаясь к неподвижной, бледной фигуре на земле…
- Дэймон! - ее собственный голос напугал ее. Она взяла его руку, сжала в своей, затем отпустила. Потом снова схватила ее со смятением, с требованием, с нетерпением. – Дэймон!!
Так холодно. Его рука была такой холодной. Почему?
- Дэймон!!!! – он никогда не выглядел таким бледным…. Даже несмотря на то, что являлся вампиром. Кто-то снова попытался притянуть девушку к себе, но она оттолкнула его, снова опускаясь к Сальваторе-старшему, нежными пальчиками прикасаясь к его идеальному лицу. «Дэймон...», - больше не голос, а хриплый шепот, разбивший тишину, вырвавшийся из ее губ, вовсе не в той интонации, которой она обычно пользовалась…
«Дэймон...», - слезы девушки капали ему на лицо. Его лицо... Так похоже на маску. Такую… бледную… отдающую неестественной синевой. Такую пустую… слишком пустую. Его глаза… Чудесные небесные глаза покоились за крепко сомкнутыми веками…
- Пожалуйста, открой глаза! – она тряхнула его за плечи, потом еще раз, но он по-прежнему находился без движения.
-Елена, – шепнул кто-то, наклоняясь к ней, – Елена… Он …
Она проигнорировала, всё её существо молило лишь об одном.
- Дэймон? – она нагнулась к нему так близко, что почти касалась губами его губ… изможденные…и холодные…и бледные…почти синие…синие…
Она не верила. Он не может…не может оставить её одну. Это же Дэймон….
- Елена… Он… - И она услышала это. Ум прояснился. И она потеряла сознание.

Мысли. Воспоминания. Они не желали её отпускать. Не было ей спасения. От самой себя не убежать. В её воспаленном мозгу осталось только одно слово, подобно раскатам повторяющееся в ее бессознательном уме… Мертв! Мертв, мертв, мертв, мертв, мер…
Нет! – крикнула Елена, возвращая себя в реальность, роняя лицо на руки, пытаясь спастись от боли, разрывающей ей сердце.
Но, сейчас не было времени предаваться унынию и горю. Гилберт отняла руки от лица и огляделась по сторонам. Место показалось ей очень знакомым. Елена моргнула. На ней было чудесное атласное платье, с высоким корсажем и пышными юбками. Платье? Она была одета по-другому на месте их последней битвы.
- Какая разница? – подумала Елена, поднимаясь на ноги. Платье было нежно золотым. Девушка рассеяно расправила складки на одежде и прислушалась. Скрип колес. Странный топот. Гилберт двинулась на звук ближе к людям, ближе к жизни. Жизнь. Они живы. Они все живы. И он тоже жив.
Девушка остановилась, сердце ёкнуло в груди. Она действительно пошла на это. Бонни. Для неё нет ничего невозможного. Воистину могущественная ведьма.
Елена улыбнулась, осознавая, где она сейчас находится.
Будто вспомнив что- то она подняла руку и посмотрела на элегантные серебряные часики, крепко сидящие на её запястье. Двенадцать меток. Двенадцать чисел. Двенадцать часов. Часы, чтобы попрощаться. И полчаса уже бесповоротно потеряно.
Её душу не покидали неприятные ощущения. Она не имеет права, находиться здесь, не имеет право тревожить мертвых. Но она всего лишь хочет попрощаться и поблагодарить своего друга.
Разве можно её винить?
А кто виноват, если не она?
Ведь он потерял жизнь из-за неё.
Девушка окинула взглядом окрестности в поисках кого-нибудь.
Дэймон жив, и он сейчас где то рядом.
Прошлое. Хотя по растительности в лесу, сложно определить какой сейчас год.
Девушка размышляла над тем, насколько далеко она вернулась назад? На сколько лет? Вместе ли сейчас братья Сальваторе?
- Бонни, на сколько лет назад ты отправишь меня?
- Я не знаю этого. Не могу точно определить. Но ведь это не важно, так ведь? Понятно, что тогда он будет еще жив. А другое не важно. И знай, мне не нравится эта затея. И Да. Ты не должна рассказывать ему или еще кому-то что-либо о будущем.
- Я знаю. Ты уже говорила.

Мисс Гилберт брела по тропинке, глубоко погруженная в свои невеселые мысли.
Сложность в её перемещении составляли пышные юбки, которые волочились по земле, цепляясь за ветки и камни, корсет, который не давал ей сделать глубокий вдох, а неудобные туфли приносили боль при каждом шаге.
Но она не обращала на это никакого внимания.
Как решила девушка для себя, она заслужила все муки ада и даже больше, поэтому она не собиралась жалеть себя ни в чем.
Дэймон не покидал мыслей Елены ни на секунду. Она размышляла о нём, о том, какой он сейчас, что ей скажет, не спутает ли он её с Кэтрин? И вообще Елена не была готова его видеть. Видеть живым… после того, как увидела его с колом в сердце.
Девушка резко остановилась, застыв на месте.
Перед ней раскинулся широкий, больше похожий на лесное угодье, парк. Некогда ухоженный, сейчас он выглядел запущенно, но не менее роскошно.
Елена облокотилась о ближайшее дерево, безотрывно смотря вперед.
Он сидел на заброшенной старой скамейке, скрестив ноги, и что-то увлечено писал в своем блокноте. Эмоции играли на его лице, сменяя одна другую. Он был крайне сосредоточен. Дэймон выглядел довольно необычно. Милые кудряшки спадали ему на лицо, да и одет он был в крайне непривычную для него одежду.
На губах девушки заиграла печальная улыбка, и по щеке заскользила слеза, она поспешно вытерла её обратной стороной ладони и снова посмотрела на Дэймона.
Елена стояла молча, пристально смотря на него, наслаждаясь им живым, он жил, и он погиб из-за неё. А сейчас он сидит здесь, не подозревая, что однажды ему придется отдать свою жизнь за возлюбленную брата. Девушка прикусила губу и зажмурилась, скрывая слезы. Зачем она здесь? Почему она умоляла Бонни дать ей шанс снова увидеть его… Она была опустошена, разбита, когда… потеряла его. Она потеряла его, когда кинулась перед ним мертвым на колени, и уже тогда она знала, что теперь боль никогда не покинет ее сердце. А потом была надежда… Что они смогут воскресить его с помощью силы Беннет. Но это было невозможно. Невозможно. Елена попыталась улыбнуться, но не смогла. Девушка старалась привести мысли в порядок, и снова сконцентрироваться на нем, а потом она заметила, что он тоже смотрит на нее.
Глаза Елены расширились, её накрыла волна тепла и трепета, которую она чувствовала , находясь рядом со старшим Сальваторе. Сердце ускорило свой ритм, но… Дэймон отвел взгляд. Гильберт озадачено моргнула. Он игнорирует её? Или вернее сказать игнорирует Кэтрин? А может… ? Нет. Наверняка мисс Пирс уже сразила его.
Елена сделала глубокий вдох и снова посмотрела на мужчину… чтобы встретить взглядом его небесные глаза, пристально наблюдающие за ней… опять.
Ей захотелось убежать, спрятаться, но она не могла пошевелиться. Не могла оторвать взгляд от него. Девушка попыталась разгадать мысли мужчины по его взгляду. Кажется, он не знает её… Легкая усмешка заиграла на губах Сальваторе-старшего, и во взгляде появилось изумление… Изумление? Нет… Если бы она могла описать это… Мужчина опять отвел взгляд и что-то стал черкать в блокноте. Елена наблюдала за ним, стараясь не упустить ни одной детали. Его рука, пальцы, обхватившие карандаш, его лицо, его глаза, его губы.
Вскоре он отложил карандаш и блокнот и… медленно поднял взгляд на нее. Девушка задрожала. Любопытство. В его глазах. Если бы ей нужно было описать взгляд мужчины… Это было бы любопытство. И сейчас до Елены дошло. «Он, наверное, удивлен, что я так пристально смотрю на него. Видимо он еще не знаком с Кэтрин».
Девушка отступила, спрятавшись за деревом.
Что она собиралась делать? Ей нужно было увидеть его… поговорить с ним. Но как она собиралась добиться этого? Не может же она просто подойти к нему и сказать, что хочет поболтать с ним некоторое время, а если быть точной... Она посмотрела на часы. Осталось десять с половиной часов…
-Мисс, Вы заблудились?
Девушка повернулась и чуть не упала в обморок, когда столкнулась лицом к лицу с Дэймоном. Он стоял позади нее, слегка усмехаясь, его голубые глаза изучали лицо девушки, смущая этим. Что-то было не так в нем или в его манерах. Его пристальный взгляд был более ярким, но менее пронзительным. Таким же притягательным и загадочным… но более… Она задумалась. Более наивным? Девушка стояла перед ним с широко открытыми глазами, не говоря ни слова.
- Мисс, я раньше не видел Вас здесь, – продолжил Дэймон, несмотря на то, что она не ответила.
- Я просто… просто проходила… здесь, – заикнулась Елена, с огромным трудом стараясь не дать волю слезам.
«Ах!» – он встал перед ней, и по её коже побежали мурашки. Дэймон наклонил голову на бок и улыбнулся. «Я никогда больше не увижу эту улыбку… Он умёр… Боже, о Боже!» Он умёр за неё. Точнее умрет…У нее нет права разговаривать с ним. Как она посмела?
- Моё имя Дэймон Сальваторе. Могу я узнать Ваше имя?
- Что? – переспросила Елена, моргая. Она облизнула губы, сжав пальцы в кулачки, все с большим трудом сдерживая слезы.
- Ваше имя, мисс? – повторил он, немного забавным, низким голосом, улыбнувшись, – Я хочу знать Ваше имя, а так же почему Вы бродите здесь одна, это может быть опасно.
- Я не…, – запнулась она, потерявшись на мгновение в его глазах. Как она смогла? Зачем вмешалась в его прошлое? Сейчас она осознала, что не хотела жить. Ей хотелось остаться здесь, с ним, и начать сначала… Слишком поздно. Он мертв. Мертв из-за меня.
-Мисс, с Вами все в порядке?
Елена моргнула и посмотрела на Дэймона. Он наморщил лоб, обеспокоенно сощурив глаза, видимо, он только сейчас обратил внимание на странный стеклянный взгляд, и странную грустную улыбку, мерцающую на ее губах.
- Нет, не в порядке, - отчетливо шепнула девушка, удивившись сама себе. Она неожиданно подалась к нему, и, обняв за шею, бесконтрольно разрыдалась.
Глаза мужчины расширились, он подался назад, пытаясь не упасть, неразборчиво осматриваясь по сторонам и дергая пальцами за ее спиной, а потом, наконец, обнял девушку.
- Все будет хорошо, – ободряюще пробормотал он, нежно поглаживая ее по спине, надеясь, что этот дружественный способ поможет. В действительности он не был готов к такому повороту событий. Раньше ему не приходилось успокаивать плачущих женщин. Просто поймав на себе пристальный взгляд девушки, мужчина решил, что ей нужна помощь.
- Мисс, - он аккуратно подтолкнул её в сторону скамейки, - Вам нужно присесть.
Дэймон по-джентельменски помог девушке устроиться на лавочке и опустился рядом с ней.
-Хорошо, как его имя? – серьезно продолжил Сальваторе-старший,– Может, я знаю его, или, даже, где он.
- Чье имя? – спросила девушка, сбитая с толку этим вопросом.
Дэймон изучал девушку взглядом, размышляя, как лучше сказать, несколько раз проговаривая про себя предложение, которое собирался произнести.
- Имя человека, который сделал что-то и заставил тебя плакать, – сухо ответил мужчина.
Елена посмотрела на него озадаченным взглядом, начиная улавливать ход его мыслей.
- Он не виноват, – шепнула она, - это я, - добавила тихо девушка, кусая губу и морща личико, собираясь всхлипнуть снова.

- Нет-нет. Не плачь, - улыбнулся Дэймон. – Мне неприятно видеть слёзы в твоих прекрасных глазах.
Девушка в ответ лишь тихо всхлипнула.
- Ну? – продолжил молодой человек, нежным движением поправляя выпавший локон из прически его новой знакомой.
Они смотрели друг на друга в тишине, нарушаемой лишь звуками природы. Елене казалось, будто время застыло, даря ей одновременно безудержную радость и невыносимую боль. Наверное, девушка бы удивилась, если бы знала, что Сальваторе испытывает те же самые ощущения, хотя и не понимает их.
Дэймон прочистил горло, разрывая их зрительный контакт.
- Так, - продолжил он, спустя несколько мгновений, - Скоро стемнеет. Может, мне стоит проводить тебя? Твои близкие, наверное, беспокоятся.
- У меня здесь нет никого, – тихо прошептала девушка, – Я ненадолго…я лишь попрощаться кое с кем, – она грустно улыбнулась и прикоснулась к его руке.
- С мужчиной? – отчего-то Дэймон чувствовал безумную ревность, хотя знал девушку не более получаса. Она завладела его мыслями, его разумом, его телом. Он не мог отвести взгляда от незнакомки, казалось, она уйдет, и смысл его жизни пропадет. Наваждение? Магия? Или он попросту свихнулся?
- Это не имеет значения, – улыбнулась Елена, почувствовав прикосновение рук мужчины к своим рукам.
И вдруг, внезапно девушка подалась немного вперед, нежно коснулась его губ, а затем страстно поцеловала. От неожиданности Дэймон отпустил её ладони, и девушка тут же дотронулась до мягких волос мужчины. В голове Гилберт пронеслось что-то по поводу того, что не стоило ей этого делать, но… Было так мало времени и… И еще несколько причин, по которым девушка приняла решение, что ей необходимо поцеловать его. Ей захотелось почувствовать его губы хотя бы единожды. Она поцеловала его, чтобы почувствовать ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ тепло Дэймона Сальваторе. И сейчас она не думала, хотел ли он этого. Елене захотелось поцеловать его, а теперь она не могла остановиться. Теплые мягкие губы увлекали девушку и придавали поцелую больше страсти.
Елена потеряла счет времени, полностью отдавшись ощущением нежности, трепета и тепла. Девушка все крепче жалась к Дэймону, она знала, что скоро это закончится, и боялась потерять каждую секунду с ним.
Он оторвался от её губ и заглянул ей в глаза.
Во взгляде мужчины читалось любопытство, ребячество и нежность.
Ледяной огонь – это его ассоциация, определение своим эмоциям, касающимся девушки. Сальваторе с жадностью окинул девушку взором. Все было в ней необыкновенно, заманчиво, пьяняще... И эти глаза… Карие… Медово-карие… Практически золотые… Темно-золотые… Темное золото ее прекрасных глаз напоминало ему что-то... или, наоборот, заставляло его позабыть о чем-то? Он не знал.

Капля. Другая. Третья.
Они одновременно взглянули на небо. Дождь. Небо затянуло синими тучами, грозящимися разразиться ливнем в любую секунду.
- Бежим! - с озорной ухмылкой произнес парень, стараясь перекричать резко налетевший ветер, - Я знаю одно местечко!
Елена была погружена в свои мысли, которые были переполнены отчаяньем. Она предала Стефана, поцеловав Дэймона. А Дэймон совсем скоро исчезнет из её жизни. Почему люди, которых она любит, погибают?
Девушка слабо кивнула, стараясь скрыть от мужчины подступившие слезы.
Сальваторе оставил на её губах легкий поцелуй, и, взяв девушку за руку, потянул за собой.
***
Дождь с каждой секундой усиливался. Но, казалось, пара, которая бежала, держась за руки, не замечала этого. Они смеялись, целовались, и не разрывали прикосновений, несмотря на ледяные струи. Парень и девушка промокли насквозь, но, наконец, достигли старого заброшенного сарая.
Дэймон толкнул ветхую дверь, и, как только, они оказались внутри, прижал девушку к стене, его губы приблизились к её. У неё была странная реакция на его поцелуи. Она целовала его так, будто это последний их поцелуй, вкладывая в него всю возможную страсть и нежность.
- Как твоё имя? – сиплым хрипом произнес мужчина, оторвавшись от поцелуя, скользя руками по мокрому корсету девушки.
- Елена, – шепнула она, заглянув в его глаза, – Моё имя Елена.
Сомнения терзали её душу, как она может так поступать? Но происходит ли это на самом деле? Быть может это плод её ,убитого горем, воображения? Хотя, даже если это и происходит, это останется в прошлом, уже ушедшем, уже истраченном, уже… мертвом…
- Такое красивое имя, – прошептал он ей в волосы, пока руки парня искали на задней стороне платье шнуровку и застежки. С тяжким придыханием, она стянула жакет с плеч Сальваторе, обвив рукой его шею, улыбаясь от близости его кожи, вдыхая его аромат, аромат Дэймона.

-Что ты сделала с ней? – испуганно прошептал Стефан, смотря на бледную обездвиженную Елену на кровати.
Бонни нервно поправила волосы и подошла к девушке.
- Успокойся! – бросила она Стефану, – Ей это необходимо.
- Почему она так бледна? – продолжил вампир, не обращая внимания на слова Беннет, – Будто она мертва…
- Она скоро вернется, – пообещала Бонни, окидывая Сальваторе спокойным взглядом.
- В смысле?? Где она? – Стефан опустился на колени перед кроватью и погладил Гилберт по волосам.
- Шесть часов, и она снова будет с нами, – нервно ответила ведьма, собираясь покинуть комнату, не желая отвечать на расспросы вампира.
- Она улыбается, – тихо прошептал Стефан.
Бонни обернулась.
***
«Он умрет из-за меня. За меня».
Елена углубила поцелуй, лишь бы не слышать голоса, разрывающего её сознание. Дэймон играл с её волосами, путаясь в них пальцами, притягивая её к себе настолько, насколько это возможно.
У неё оставалось совсем немного времени. И она понимала, чем дольше она была с ним, чем больше позволяла ему, тем меньше она чувствовала, что сможет жить без него. Внезапно она поняла, что если не оставит его сейчас, то не уйдет никогда.
Девушка резко разорвала поцелуй и посмотрела на мужчину. Выражение её лица отражало испуг, глаза Дэймона расширились, он пытался понять, что так напугало её.
- Елена, - тихо позвал он, но замолчал, наблюдая, как она скидывает его руки со своей талии, борясь со слезами в её прекрасных глазах.
- Прости меня, – ответила девушка, – Мне так жаль, и я никогда не забуду то, что ты сделал для меня.
- Милая? - удивленно продолжил Сальваторе, пытаясь понять, о чем она говорит, и что он сделал не так. Быть может - она сумасшедшая?
- Я хочу попросить тебя об одной вещи, – прошептала Гилберт, нежно проведя ладонью по его щеке.
- Конечно - глаза мужчины наполнились тревогой.
Елена глубоко вздохнула. Она знала, что нельзя нарушать хода событий в прошлом. И знала, что если она сейчас скажет ему, то, возможно, он никогда не появится в её жизни в будущем. Не спасёт её. И она погибнет. Пускай так, она даст ему шанс на счастье.
- Я хочу, – сиплым шепотом продолжила она, – Чтобы ты никогда не пускал Кэтрин Пирс в свой дом, а еще лучше, сегодня же уехал из города вместе с братом.
- Откуда ты знаешь о моем брате? – удивился Дэймон.
- Пожалуйста, – зашептала девушка, борясь со слезами, – Выполни мою просьбу.
Она прикоснулась губами к его щеке быстрым поцелуем.
А затем девушка отступила назад, спиной толкая ветхую дверь сарая.
Они смотрели в глаза друг другу еще какое-то время, Дэймон наблюдал как её небесные глаза, наполняются слезами, а она старалась запомнить каждую черточку его лица. И когда мужчина захотел притянуть её к себе и успокоить, Елена тихо прошептала:
- Я люблю тебя, – она сказала это так тихо, что Сальваторе не был уверен, что она произнесла это вообще.
И затем она развернулась и бросилась прочь от их маленькой сказки, от него.
Дэймон Сальваторе стоял обездвиженный, потерянный и удивленный.
- Черт! – прошептал он, наконец, приходя в себя и бросаясь за девушкой.
Уже стемнело, но её светлое платье не давало потерять её силуэт в сумерках. Когда Дэймон бежал за ней, он пытался сложить кусочки ситуации в полноценную картину. Если она любила его, то почему убегала? Да и как она могла полюбить его, фактически ничего не зная о нём?
Когда Сальваторе понял, что она бежит в сторону обрыва, страх сковал его, и он вложил все свои силы, ускоряя бег. Девушка оказалась отличным бегуном.

- Нет! Нет! Нет! – прокричал мужчина, настигая девушку в тот момент, когда она была практически на самом краю пропасти, - Какого черта ты делаешь? – Дэймон практически кричал на неё, схватив девушку за плечи и притянув к себе.
Елена лишь моргала глазами, удивленная тем, что он последовал за ней, и тем, что Сальваторе кричал на неё, казалось он действительно в бешенстве.
Она сняла с руки часы и держала их над обрывом, собираясь бросить их вниз, как говорила ей Бонни. Но Дэймон. Он снова был рядом, лишая её возможности пошевелиться и вообще мыслить здраво.
- Мне нужно идти! – зашептала Елена быстро и неразборчиво, стараясь вырваться из его объятий. Глаза мужчины неотрывно смотрели на неё. Нет. Она не могла. Он не давал ей. И она плакала от беспомощности, от нежелания его покидать.
- Что ты несёшь? – прокричал мужчина, крепче сжимая руки вокруг неё, не давая никакой возможности вырваться, - Я должен дать тебе спрыгнуть и разбиться?
Елена удивлено заморгала, часы, которые практически выскользнули из её ладошки, она сжала крепче. Спрыгнуть? Девушка разозлилась сама на себя. Конечно, что он мог еще подумать?
- Дэймон, я не…, - попыталась она убедить его, но парень перебил её.
- Я не знаю, что происходит, я не знаю что с тобой! – проговорил он серьезным тоном, не терпящим возражения, – Ты не хочешь говорить об этом мне? – он слегка потряс её за плечи, – Но понимаешь, это не выход! Это не решит ничего!
Она прижала пальцы к его губам.
- Позволь мне сделать это. Я знаю, что я делаю.
Мужчина ухмыльнулся.
- Я так не думаю! – он еще крепче прижал её к себе.
- Дэймон, – начала она, но осеклась, почувствовав, как часы выпали из её руки.
Он обеспокоено рассматривал её лицо. Пытаясь понять, что хотела сделать девушка.
Тут девушка заметила, как её часы были схвачены птицей, которая поднималась высоко в небо.
Все, что успела сделать девушка, это тяжело вздохнуть. Её возможность вернутся домой, исчезла. Что будет теперь с ней?
Он пристально смотрел на нее еще некоторое время, его взгляд блуждал по безупречным чертам ее лица, он все крепче сжимал объятия, чувствуя легкую дрожь, которой была охвачена девушка. Мужчина опустил веки, он чувствовал резкую надобность коснуться её губами, а её охватило чувство абсолютного счастья, Елена тонула в нём, а волны страсти затаскивали её в волшебное измерение, где ничто не имело значения, где ничто не было нужно за исключением Дэймона. Он. Он, не позволяющий ей уйти. Он, дарящий ей сладкие поцелуи. Он, ласкающий её. Он, чьи пальцы путались в её шелковистых волосах. Он, опускающий её на землю и нависающей над ней.
- Ты не сон? – спросил мужчина охрипшим голосом, и Елена улыбнулась, потому что выражение его лица приняло абсолютную серьезность.
- Я? – шепнула девушка, закусив губу и нежно поглаживая его по шее.
- Просто, если это сон... Я не хочу просыпаться. Никогда! – продолжил он сиплым шёпотом.
Она лежала под ним и понимала, что никогда не была счастливее, чем сейчас. Его губы дарили ей горячие поцелуи, его руки несли ей удовольствие, почти граничащее с безумием. И если бы сейчас ей сказали бы, что она умрет, то она бы приняла смерть, не раздумывая.
Сколько у неё оставалось часов? И что произойдет после того, как оно истекут? Она умрёт? Втайне она надеялась, что все обойдется. Но вдруг у неё осталось совсем мало времени?
- Ты хочешь посмотреть мой дом? – шепнул он, нежно поглаживая её по щеке.
Елена улыбнулась счастливой улыбкой и кивнула.
***
- Он прекрасен, – шепнула девушка, пытаясь улыбнуться, увидев столь знакомый особняк.
- Давай, – тихо ответил Дэймон, подталкивая её к дверям дома – Смелее. Все спят.
Они прошли внутрь. Гостиная встретила их темнотой и очарованием девятнадцатого века.
Девушка крепче сжала руку Дэймона, и он сжал её пальцы в ответ. Они встретились глазами. И девушка еле сдержала улыбку, наблюдая старшего Сальваторе с кудряшками. Он ухмыльнулся в ответ и потянул её к лестнице, ведущей в верхние комнаты.
Мужчина открыл дверь, поклонился немного, и махнул рукой в форме изысканного радушного жеста, приглашая Елену внутрь. Девушка хихикнула и вошла внутрь, чувствуя дрожь, пробегающую по её позвоночнику от звука щелкнувшего замка позади неё. Елена захотела обернуться, но прежде, чем она сделала это, одной рукой Дэймон обнял её за талию, а другой рукой он мягко убирал волосы с её шейки, в то время как его губы оставляли влажную дорожку поцелуев на шее Гилберт, он продолжал целовать её кожу, пока не достиг корсажа платья.

Лучики солнца проникали сквозь тяжелые занавески, украшающие просторную комнату.
Елена ощущала, как солнечный свет ложился на её веки, и хотя девушка уже проснулась, ей не хотелось открывать глаза.
Утро.
Гилберт резко открыла глаза. Свет. Дневной свет. Ночь покинула землю. Время наверняка истекло, а она еще жива.
Улыбка озарила прекрасное лицо девушки, волна счастья и трепета накрыли её с головой и она резко села в кровати.
В кровати? Она находилась в кровати Дэймона….
Точно никто не услышит?
Он лишь улыбнулся в ответ и нежно поцеловал Елену, его руки продолжали скользить по хрупкой фигурке, даря наслаждение, ранее не испытываемое девушкой. Он заставлял чувствовать её себя желанной, красивой, незаменимой.
Дэймон шептал слова нежности, звал её по имени, но она не откликалась…Имя? Какое имя? У нее больше не было имени, она была просто огромным скоплением чувств и эмоций. Сальваторе продолжал звать её, но это больше походило на молитву…
Елена. Елена. Елена. Елена.
Она сдавалась его рукам, его поцелуям, его словам.
Дрожь окутала тело девушки, Елена пыталась перестать дрожать. Но её тело не подчинялось разуму, оно всецело принадлежало Дэймону.
- Милая, – тихо позвал он её, на что Гилберт заглянула ему в глаза. Его лицо находилось чуть выше, и она ощущала кожей его теплое дыхание, трепет снова накрыл девушку, и Елена отвела взгляд.
Елена не отвечала. Она не могла ответить.
-Все в порядке, моя маленькая. Я здесь, - прошептал мужчина, и его лицо осветила ироничная ухмылка, поскольку он, вероятно, решил, что её нервозность была вызвана её невинностью.
Дэймон снова коснулся её губ, сначала мягко, а затем более настойчиво, удивительно, но поцелуй помог ей слегка успокоиться.
Елена переместила руки на плечи мужчины, Сальваторе восторженно посмотрел в ответ.
Его глаза. Небесные озерца наслаждения. Они горели страстью и нерастраченной любовью.
Мужчина провёл губами по линии подбородка Елены, а затем снова вернулся к ее губам, целуя её с нетерпением, наслаждаясь волшебным вкусом девушки.

И затем, когда она была настолько увлечена поцелуем, практически ничего не замечая и не слыша, он разорвал поцелуй и прошептал ей в губы:
-Ты лучшее, что было в моей жизни.
Елена тяжело вздохнула и осмотрелась по сторонам. Она находилась в комнате одна. Тогда где же Дэймон?
Девушка поднесла руки к лицу и закрыла ими глаза. Глаза. Она помнила, как Дэймон смахнул её слёзы нежными поцелуями.
Гилберт откинулась на подушки и посмотрела в окно, переживая каждую секунду прошлой ночи заново, к её удивлению она не чувствовала, что поступила неправильно.

***
Спустившись утром в гостиную, где находились всё домочадцы Дэймона, он почувствовал будто все знали, что произошло этой ночью, хотя он был уверен, что никто не мог даже догадываться об их гостье.
Но, когда он проснулся утром с ней на руках, Сальваторе уже точно решил, что не хочет покидать её ни на минуту. Она, как маленький котёнок, жалась к нему, сладко посапывая и крепко сжимая его руку.
Дэймон опустился за стол, пытаясь вникнуть в беседу, которую вели его брат и отец, но все мысли касающиеся военных дел прерывались яркими картинками прошлой ночи, и он не мог думать, ни о чём, кроме неё.

- Точно никто не услышит? - с сомнением спросила Елена, смотря на него прекрасными шоколадными глазами.
О, Боже, какой она была красивой! Он никогда не видел более обворожительную девушку, чем она.
Он целовал кожу Елены, в перерывах шепча её имя, медленно изучая каждый миллиметр юного тела.
Дэймон резко оторвался от неё, и прежде чем девушка поняла, что происходит, он схватил с прикроватной тумбочки нож и одним движением разрезал завязки на её корсете.
Гилберт удивленно охнула. Улыбнувшись, мужчина стянул с неё последнюю одежду, и казалось, перестал наступать. По крайней мере так казалось. Долгое время Дэймон просто смотрел на нее. Она чувствовала жар в его взгляде, как если бы он на самом деле прикасался к ней. От пристального взгляда мужчины лицо Елены стал заливать румянец. Никто и никогда не смотрел на неё так. Дэймон усмехнулся, когда заметил, как краска залила ее до самой шеи и распространилась по груди.
- Не стоит смущаться, - заверил он, глядя ей в глаза, - Я не видел никого прекрасней тебя.
Он провел кончиками пальцев по столешнице, представляя, что это нежная кожа Елены… в его руках… под ним… он улыбнулся мальчишеской высокомерной улыбкой. Он хотел, чтобы девушка всегда была с ним.
- Мистер Дэймон, – раздался голос дворецкого над ухом, прерывая его размышления, - Сегодня просили передать Вам кое-что, чтобы Вы отдали это мисс Елене. Сказали, что Вы знаете кто это.
- Да-да, – кивнул старший Сальваторе, убирая маленький сверток в карман, стараясь, чтобы отец не заметил этого.
Дождавшись окончания завтрака, Дэймон схватил пару красивых яблок со стола и отправился в свою комнату.

Елена все еще сидела в кровати, обдумывая сложившуюся ситуацию, когда дверь отворилась, и в комнату зашёл Дэймон. Он бесшумно прикрыл дверь и только тогда заметил, что девушка проснулась. Изобразив удивленное лицо, он опустился на кровать рядом с ней.
Гилберт смотрела на него наивным детским взглядом, в то время как её сердце застучало как у загнанной птички.
Улыбнувшись, мужчина притянул её к себе и страстно поцеловал.
- Доброе утро, - прошептал он, оторвавшись от губ девушки и прижавшись головой к её лбу, – Я думал, ты еще спишь…
Она не открыла глаз, а просто обвила руками его шею, целуя его снова, не давая договорить.
Дэймон ответил на поцелуй, поглаживая её обнаженную спину, стягивая с девушки простыню, в которой она была завёрнута.
- Ммммм... никогда у меня не было такого чудесного утра! – произнес мужчина, играя пальцами с волосами Елены.
Девушка открыла глаза и улыбнулась грустной улыбкой, опуская голову ему на плечо.
- Когда я проснулась, тебя рядом не было…
- Я знаю, маленькая… Прости! – он состроил рожицу, крепче прижимая её к себе, – Мне нужно было спуститься к завтраку или бы меня пришли будить. Кстати…
Дэймон жестом фокусника извлек яблоко из за спины и протянул его девушке.
Она рассмеялась, забирая из его рук фрукт, и поцеловала его в нос.

Дэймон посмотрел на нее шаловливо, но доверчиво улыбаясь. Не контролируя своих действий, она поднесла руку к лицу парня, кончиками пальчиков очертив изгиб губ. Несколько мгновений мужчина изучал лицо Елены, а затем поймал ее руку, и, удивившись сам себе, поцеловал каждый ее пальчик. Просто было в ней что-то… Что-то в ней… Что-то близкое… и такое сладкое….
–Как ты здесь оказалась? – прошептал он, поймав ее взгляд. – Почему ты здесь одна? – добавил он серьезным тоном, забавно нахмурив брови.
Гилберт отвела взгляд, вопрос застал ее врасплох, и она поспешно пыталась придумать правдоподобный ответ. Ведь не могла же она рассказать ему о будущем, вампирах, двойниках и прочих радостях ее повседневной жизни? Если бы только она могла сказать правду… Но если кто-нибудь узнает об этом раньше времени, не известно что может произойти. Нет, нет. Она не могла. Но ей так не хотелось врать ему…
– Я здесь, чтобы попрощаться…, – нерешительно сказала девушка.
– С кем? – поинтересовался он осторожно, втайне надеясь, что это не ее возлюбленный, – Ты была так расстроена из-за этого человека с которым приехала попрощаться? Он обидел тебя?
Елена посмотрела на него озадаченным взглядом, начиная улавливать ход его мысли.
- Он не виноват, – шепнула девушка спустя несколько мгновений. - Это я, - добавила она тихо, закусив губу и морща личико, сдерживая слезы.
- Итак, - начал он, не отрывая взгляда от нее, - Что же ты натворила? - парень слабо улыбнулся, с интересом и теплотой смотря на Елену.
«Почему этого его интересует? Потому что он джентльмен, потому что он благороден», – Девушка ответила на свой собственный вопрос с грустной улыбкой.
– Он всегда был хорошим человеком, - подумала она с осторожностью, - Он… был… - Гилберт стиснула зубы, скрывая слезы.
-Он умер, защищая меня, - произнесла она спустя несколько мгновений бесстрастным голосом, упершись взглядом в пол.
- За тебя любой отдаст жизнь, – ответил Дэймон после некоторой паузы, пристально смотря на нее, – Мне жаль.
– Нет, – поспешила она прервать его, – Это мне жаль! – она тщетно смотрела ему прямо в глаза. Что она надеялась там увидеть? Елена пыталась поймать тень хоть чего-нибудь, за что могла бы ухватиться её совесть.
Старший Сальваторе молча кивнул, поглаживая её по щеке.
– Мне так жаль! – повторила Елена, чувствуя, как в уголках глаз собираются слезы при взгляде на мужчину. Он погиб. Умер. А ведь она даже не подарила ему надежду на любовь, хотя вампир так в ней нуждался.
– Не думай об этом больше, – нарушил тишину Дэймон, легко поцеловав её в лоб, – Всё это в прошлом. Ты не виновата. В таких случаях никто не виноват, – говорил он тихим, ободряющим голосом.

– А он не знал правды, – продолжила девушка, будто не слышала его, – Я не подарила ему надежды, может бы ему это послужило стимулом, и он бы был более осторожен, прости, прости меня, Дэймон! – она разразилась слезами, крепко обняв его и уткнувшись в шею, – Мне так жаль! Мне так жаль! Так жаль!
– Все в порядке, не плачь, дорогая, – он продолжал автоматически утешать её, – Довольно. Прекрати разводить сырость. Всё!
Почему она попросила прощения у него? Возможно, он слегка напоминает того человека... (что было не самой приятной мыслью, поскольку он рассчитывал на свою неповторимость).
Мужчина наклонился к ней и расцеловал соленые губы и щеки, задержавшись на нижней губе. Елена позволила ему продолжать целовать, щипать и покусывать её губы до тех пор, пока она не почувствовала, что теряет сознание, попросту растворяется в небытие. Обхватив его за шею, она поспешила прижаться к нему сильнее.
–Дэймон, – полусонно прошептала она.
–Проклятье! – вдруг прошептал парень, отдергиваясь назад. Девушка открыла глаза, еще не осознавая, что происходит, когда до ее слуха донёсся громкий стук в дверь.
– Брат, открой дверь! - послышался до боли знакомый голос. – К тебе пришли.
Елена замерла.
Она почувствовала, как по телу пробежала ледяная волна, мысли закружились в бесконечном хаотическом хороводе, а сердце вторило им таким же бешеным ритмом. Елена бездумно вцепилась в старшего Сальваторе, будто утопающий за соломинку и уткнулась носом в его шею, не в силах даже закрыть глаза.
- Кто? – буркнул старший брат в ответ, немного растерявшись.
- Некая Беннет требует встречи с тобой прямо сейчас, – продолжил голос из-за двери. – Мы с отцом уезжаем сейчас в город. Так что разберись с гостьей.
«Беннет? О, нет, Бонни пытается вытащить меня отсюда».
За дверью послышались удаляющиеся шаги, очевидно говорившему надоели беседы через дверь, и он поспешил удалиться, не вдаваясь в подробности, почему Дэймон не впустил его в спальню.
- Отлично! – улыбнулся старший Сальваторе, – Я спущусь к нашей гостье, а к тебе пришлю кого-нибудь, чтобы ты могла привести себя в порядок. Когда будешь готова, присоединишься ко мне в гостиной, и мы будем ждать отца там вместе, таким образом, твоя честь не будет скомпрометирована. Я уверен, ты понравишься моей семье.
- Мне кажется, эта девушка пришла поговорить обо мне, – грустно сказала Елена.
- О тебе? – мужчина нахмурил брови, – Я чего-то не знаю? – он улыбнулся неповторимой улыбкой.
- Я не могу объяснить всего. Поверь. Может немного позже? – примирительно улыбнулась Гилберт.
-Ладно – смягчился Дэймон, – Утром тебе передали кое-что…
Мужчина стал рыться по карманам, но так и не нашел свертка.
-Прости, но я, кажется, потерял это, – мужчина скривил губы в извинительной улыбке.
Елена тяжело вздохнула. Но злиться на него не могла.
-Ничего, – преодолев расстояние между ними, она легко поцеловала его в губы, – Не думаю, что там было что-то важное.
***
Вскоре после того как Дэймон покинул комнату, в спальню по его распоряжению явилась молодая девушка Кристина.
- Вы хотите надеть что-то праздничное? – поинтересовалась горничная, представившись.
- А есть выбор? – безразлично поинтересовалась Гилберт, но заметив растерянный вид девушки, смягчилась, – На твой вкус.
Кристина пожала плечами и скрылась за дверью, вернувшись спустя какое-то время с роскошным платьем, расшитым дорогими камнями. И откуда у них в доме женские платья такой красоты?
Через некоторое время Елена молча сидела на стуле перед большим зеркалом в тяжёлой серебряной раме, её волосы были убраны наверх и прихвачены красивыми тёмно-синими лентами. Талию затянули в корсет, сделав хрупкий стан девушки еще тоньше, и, теперь, из зеркальной рамы на Елену смотрела прекрасная леди. Но ничто, никакие побрякушки и украшения не могли изменить сути – Елена не принадлежит этому времени и не может остаться здесь. Хоть надежда была потеряна, она не учла одного, любовь и желание не расставаться с дорогими людьми может быть гораздо сильнее магии.
-Ну, здравствуй, моя дорогая, не подозревала, что найду тебя в Мистик-Фоллс! – насмешливый голос раздался из - за спины, – Я не думала, что двойник появится так скоро.
Подняв глаза, Елена увидела в отражении свою точную копию.

Елена медленно приходила в себя. Она не знала, где находится. Чувствовала только, что лежит на чем-то мягком и даже не может открыть глаза, настолько сильной была ломота в теле. Не хотелось не то чтобы двигаться, даже пошевелить пальцем было неприятно, запястья болели от толстой грубой верёвки, стягивающей их. Хотелось так и лежать в блаженном спокойствии, ничего не замечая вокруг. Сквозь пелену полудремы начали раздаваться знакомые голоса.
- Теперь у нас оба козыря на руках, осталось лишь распорядиться ими как следует… - раздался приглушенный женский голос, - Зачем нам Дэймон и Стефан? Почему ты сохранила им жизнь?
- Во-первых, Эмили сказала, что двойник каким-то образом попал в это время из будущего, а в будущем её жизнь сохраняли братья Сальваторе. По всей видимости, они стали вампирами. И если бы я убила их, двойник мог исчезнуть. А во-вторых, лучше подставить их под удар, не так ли? – усмехнулась женщина.
Елена, наконец-то, открыла глаза и окончательно проснулась. Разум возвращался к реальности, и она начала понимать, что это все не сон, не плод больного воображения, и голоса, которые она слышит, принадлежат вполне определённым людям. Кряхтя и тяжело вздыхая, ведь платье доставляло кучу неудобств, девушка скатилась с кровати и тихо подползла к двери, чтобы отчетливее слышать все, что происходит снаружи за дверью. Она сразу узнала этих женщин, чьи голоса услышала. Кэтрин и Перл! Только вот что они задумали, отдать её Клаусу? По спине предательски пробежал холодок.
Однако Гилберт так и не успела получить ответ на этот вопрос. Внезапно дверь распахнулась, чуть не ударив ее по лицу. Девушка отпрянула назад и подняла голову. На пороге стояла Катерина и улыбалась так торжествующе, будто поймала незадачливого воришку в собственном кармане. Сзади, ухмыляясь, стояла мать Анны.
- Подслушивать чужие разговоры – недостойно настоящей леди. Веди себя тихо и будь поосторожнее. Ты нужна нам целая и невредимая, – произнесла Перл, – Как тебя зовут?
-Отпустите братьев и оставьте их людьми! – проговорила Елена, исподлобья смотря на вампиров.
- Не ты тут диктуешь правила, дорогуша! – засмеялась Кэтрин, – И я буду делать с ними, что захочу!
- Тогда я убью себя! – взорвалась Елена, пытаясь освободить руки от веревок, – Горите в аду!
Внезапно острая боль прожгла плечо девушки. Пирс подскочила к ней, парой прыжков преодолев расстояние в несколько метров, схватила за плечо и со всей силы рванула на себя. Гилберт вскрикнула от острой боли, ее встряхнуло и подбросило к прародительнице. Катерина схватила Елену за волосы и еще сильнее прижала к себе.
- Прикуси свой острый язык, иначе пожалеешь! - лицо вампирши, которую недавно, казалось, ничего не смогло бы вывести из равновесия, исказила судорога ярости, - Перл, притащи сюда братьев!

- Она улыбается? – повторил Стефан, – Что с ней Бонни? Прошу ответь мне, ты же знаешь, я не перенесу, если с ней что-нибудь произойдет. Не за это умер мой брат, – в глазах младшего блестели слёзы. Он тоже потерял многое.
- Я вернула её в прошлое, – сдалась Бонни и попыталась сбивчиво обрисовать ситуацию, - Когда мы обнаружили, что Дэймон мёртв, она была так подавлена, и я предложила ей попрощаться с ним, я дала ей часы. Но по истечении выделенного времени она не вернулась, я очень сожалею, что сделала это, я отправила ей дополнительное время, так что у неё еще есть пара часов. Нужно подождать.
- Она с Дэймоном? – вампир ошарашенно уставился на ведьму, будто и не слышал остальную часть предложения, сказанную Беннет, - Что там происходит? Она улыбалась. Бонни…
- Неужто ли завидуешь мертвецу? – ведьма не знала, как у неё вырвались эти слова, но было уже поздно что-либо менять.
Вокруг глаз Сальваторе появились сеточки вен, а глаза наполнились кровью. Но через пару секунд Стефан пришел в себя, в конце концов, мулатка была права. Дэймон мертв.
-Мистер Зольцман? – удивилась ведьма испуганному лицу преподавателя, возникшему в дверях.
Стефан тоже развернулся в его сторону, поразившись, насколько был растерян Аларик.
- Я…я хотел… – взгляд учителя метался от Бонни к Сальваторе и обратно.
- И?- переспросила ведьма.
- Я спустился в подвал, чтобы взять бутылку виски, – он сделал паузу, чтобы сглотнуть.
- Ну? – не выдержал вампир, чувствуя, как нарастает напряжение.
- Я видел…видел, – охотник на вампиров вдохнул, – Дэймона.
-Ну, мы же оставили его там, собираясь устроить достойные похороны, когда Елена придет себя, – развела руками Беннет, списав странные фразы учителя на большое количество алкоголя.
Странный холодок пробежал по спине Стефана, ведь в его голове безумный пазл сложился в единую картинку.
- Он..он, – Аларик набрал кислород в легкие, – Он двигался…
Глаза Бонни расширились до предела, и она поспешила вниз, к темному подвальному помещению, где они оставили тело старшего брата. За ней спускались Стефан и Аларик.
Дэймон лежал там же, где они оставили его, вампир не двигался, по крайней мере, так казалось на первый взгляд. Его веки были опущены, и он выглядел бледнее, чем обычно.
Стефан приблизился к нему и спустя пару мгновений, не зная, грустить ему или радоваться, произнес: «Он дышит».
После своего вердикта он подхватил брата на руки и отправился наверх.
Озадаченные наблюдатели поплелись за ним, размышляя каждый о своём.

- И? – Стефан уставился на Бонни с надеждой и, не получив от нее никакого вразумительного ответа, вернулся к постели возлюбленной. Вампир смотрел на нее, словно на бесценное сокровище. Его рука очертила контур лица Елены, нежно прикасаясь к любимым чертам. Стефан хотел почувствовать облегчение, проснуться от постоянного кошмара, длившегося, как ему казалось, не менее нескольких лет. Ему просто хотелось немного счастья. Немного настоящей жизни, без оборотней, вампиров, и его брата, как живого, так и мертвого. Конечно, он был рад тому факту, что Дэймон вернулся к жизни. Но как справится с ревностью, разрывающей его мертвое сердце?
Аларик наблюдал за меняющимися эмоциями на лице младшего Сальваторе и усмехался, пытаясь скрыть это за стаканом, в котором плескались виски. Он несказанно был рад тому, что его засранец-друг, вампир и просто психопат, все-таки оказался жив. Ведь жизнь без его шуточек потеряет всяческие краски. А какой собутыльник-то пропадает? Да и Аларик не хотел, чтобы Елена, которая стала ему почти родной, опять теряла близких. А Дэймон без сомнения занял много места в сердце этой девочки.
Уловив усмешку Стефан бросил убийственный взгляд на учителя и вернулся к своему занятию по доставанию Бонни.
- Можно оставить меня в покое ненадолго? – попросила раздражено Беннет, листая гремуары, больше для успокоения нервов, а не для поиска ответов.
-Почему она не возвращается? - снова заладил младший Сальваторе, нарезая круги вокруг кровати, на которой лежала Гилберт.
-Осталось минут пятнадцать. Либо Елена не получила вторые часы, либо она не желает возвращаться, – заключила ведьма. Бонни ругала себя за идею отослать Гилберт в прошлое. Она ведь знала, что это представляет большую опасность, но ей было так жаль Елену. Чем она думала, когда решила подвергнуть такому риску свою подругу? Ведьмы природного равновесия абсолютно лишены юмора, и, как только они заметят изменения в прошлом, они найдут Елену и… устранят проблему. Особенно это было глупо сейчас. Риск оказался абсолютно не оправдан. Ведь Дэймон не был мертв, ну, по крайней мере, не мертв, в понимании вампирском. Он был просто без сознания. Получается, путешествие Елены в прошлое было неоправданным? В любом случае уже поздно сокрушаться. Гилберт была в 1860 и, казалось, что она не собиралась возвращаться.
А еще оставалась одна вещь, которая беспокоила Бонни больше всего, одна деталь, о которой ведьма никому не сообщила, она не сказала, что возвращение старшего брата к жизни скорей всего спровоцировано действиями Елены в прошлом. Похоже, что Гилберт поиграла с судьбой и попыталась изменить то, что не должно претерпеть изменения. Если время на часах, которые она отправила подруге через ведьм семьи Беннет, закончится, а Елена так и не вернется, то стражи природного равновесия очень скоро заметят пробоину во времени и найдут виновника, который пытается изменить ход истории.
***
Дэймон ощутил, как сознание вернулось к нему, словно набежавшая на берег волна. А вместе с сознанием вернулся страх, боль и вкус крови, которой напоила его Елена. «Или это была не она?» Ведь ему казалось, что их было двое. Елена и… Елена? А потом хруст его шеи. Как слабая девушка могла одним движением сломать ему позвоночник? Может ему все это снится?
Он попытался пошевелиться, но тело окончательно онемело и не желало ему подчиняться.
- Где я? – едва слышно прошептал он.
- Ты со мной, Дэймон, со мной… - раздался над ним приятный голос девушки, в чьих объятьях он ощутил себя по-настоящему счастливым.
Сальваторе скорее почувствовал, чем увидел ее. Ее запах, блеск ее волос, свет глаз, воспоминание о которых прорывались сквозь тьму его замутненного сознания. «Запах? Кровь? Сердце гоняет кровь по её венам? Хочется попробовать её на вкус», - мужчина испугался своих мыслей, он ощущал, будто ледяная, костлявая лапа смерти сжала его горло, он больше не чувствует себя живым. И все, о чём он мог думать сейчас, это было сердце девушки, гоняющее кровь. Кровь. Его десны засаднило.
- Елена! – позвал он, собирая все последние силы, не давая лицу деформироваться, – Что со мной?
- Ты превращаешься, – шепнула девушка, роняя горячие слезы, – Тебе нужна кровь. Кэтрин, моя точная копия, сделала тебя таким. Ты становишься вампиром.
«Это какая-то шутка? Злая шутка. Но как объяснить эту жажду?» Дэймон почувствовал, как отчаянье начало охватывать его душу, сердце болезненно сжималось. А разум отказывался принимать действительность. Отказывался смириться с неизбежным…
С каждой секундой парню хотелось утолить голод все сильней и сильней. Но в его голове, вдруг возникла ужасная мысль: Сейчас он потеряет контроль, а через несколько мгновений, он станет отвратительным, кровожадным хищником. И ему понадобится кровь.
А Елена – прекрасная Елена находится рядом, и ведь он убьет ее…
- Милая… - хрипло позвал Дэймон. – Там в столе, во втором ящике есть пистолет.
Девушка кинулась к столу. Она прекрасна понимала, что обычные пули не остановят вампира, но поскольку в Мистик-Фоллс по рассказам Стефана знали о вампирах еще до того, как в городе появилась Кэтрин, вполне вероятно, что пули в нём деревянные.
- Да, он здесь!
- Он должен быть заряжен деревянными пулями. А я не верил отцу! Хм! – он постарался рассмеяться, - Думал: детские страшилки.
- Да, заряжен…, - проверив, подтвердила девушка.
- Елена…, - голос Дэймона дрогнул, – Сейчас ты должна будешь кое-что для меня сделать…
«Она сможет. Она должна. Ради своей же безопасности. Ради его чести. Ради него.»
Сальваторе с трудом сглотнул, подступивший к горлу ком:
- Я хочу, чтобы ты направила дуло мне на сердце.
-Тебе нужно выпить немного крови, вот и все! – испугано залепетала Елена.
- Послушай меня! – голос парня сделался тверже, настолько, насколько мог, – Я чувствую, что теряю контроль. Я не хочу быть монстром. Мне страшно! – голубые глаза заблестели, - Мне страшно умирать, но лучше я умру, чем буду таким…
- С этим можно жить. Я узнала тебя как раз таким. В моём мире ты чертовски сексуальный вампир, который не убивает людей ради крови, но защищает меня всеми правдами и неправдами! – она улыбнулась, – Ты справишься с этим, а вот я не справлюсь без тебя.
Глаза Дэймона стали такими печальными. А потом грустная улыбка заиграла на его губах:
- Ты пришла прощаться со мной?
- Я здесь, потому что не хочу прощаться с тобой. А сейчас, выпей, ты выглядишь неважно, – девушка сделала несколько шагов и протянула ему свое запястье.
-Ты хочешь, чтобы я выпил твоей крови? А если я не смогу остановиться? – Дэймон тяжело сглатывал, не в силах оторвать взгляд от пульсирующей жилки.
- Я верила тебе всегда и верю теперь, - девушка улыбнулась, когда Сальваторе как можно аккуратней укусил её и сделал первый глоток.
Как только кровь попала ему в горло, он почувствовал, как она заструилась по телу, наполняя его жизнью. Елена не могла отвести от него взгляд. Тело Дэймона стало стремительно преображаться, возвращая себе более здоровый вид. Все раны, все царапины, очевидно нанесенные Кэтрин накануне, исчезали без следа. Лицо приняло здоровую окраску и, казалось, было теперь даже моложе и свежее, чем раньше. Дэймон стал почти таким, каким она привыкла видеть его. Он сделал глубокий вдох и с удивлением ощутил, как легко и свободно воздух входит в его, вновь ожившие легкие. В руках и ногах чувствовалась ранее невиданная сила, а все тело наполняла какая-то удивительная приятная легкость.
Почувствовав, что девушка пытается отдернуть руку, Сальваторе резко остановился, испугавшись, что причиняет Елене боль. Но она лишь улыбнулась ему в ответ:
- Ты сделал это прекрасно!
- Я выпил не слишком много? – он все еще испытывал страх за то, что мог навредить ей.
-Нет, мой организм быстро восстановит это количество крови, - заверила девушка, - А теперь нам нужно выбраться отсюда, и я все расскажу тебе.

- Чего ты ждешь? – послышалось рядом.
Открыв глаза, Елена с удивлением обнаружила, что Дэймон открыл дверь, которая была заперта.
- Но как? – только и смогла вымолвить девушка.
-Я еще не то могу, - ответил он, самодовольно улыбаясь,– Ладно, нечего нам тут стоять, пора бы выбираться, - спохватился вампир, взяв ее за руку.
- А все-таки как ты смог открыть дверь? – уже на ходу спросила Елена. Они осторожно пробирались по темному коридору. Дэймон то и дело оглядывался назад, словно ожидая нападения.
- У меня свои способы, - неопределенно ответил он. Что-то казалось ему сильно подозрительным. Если их схватили, то почему не оставили охрану, присматривать за ними? Или почему ключи от двери лежали на тумбочке, словно их кто-то специально оставил? Возможно, Сальваторе и был излишне придирчив, а все эти факты были лишь удачей, но его все это настораживало.
Зачем он мог понадобиться? Почему они превратили его в монстра? Какой в этом смысл? Да еще и вдобавок оставили голодного перерожденного в одной комнате с девушкой, которая была им нужна.
- Дэймон, - тихо позвала его Гилберт, внезапно остановившись.
- Что? – не понял тот, тоже остановившись.
- Кто это там? – она кивнула куда-то в сторону дверного проема.
- Какая разница? Нам надо спешить, - он потянул ее за руку, но она вырвалась, подойдя немного ближе. Некоторое время она смотрела на человека, лежащего на кровати. Вампир уже было хотел силой тащить ее к выходу, когда она узнала его.
- Стефан, - тихо прошептала она, – И…
Елена почувствовала себя отвратительно – ее затошнило. Очень сильно. Стефан Сальваторе. Под Кэтрин Пирс. Ее руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Елена почувствовала, как ее шатает из стороны в сторону. Она знала, что уставилась на них. Стефан. С Кэтрин. Они пили кровь друг друга, не отрываясь от занятия сексом. Они оставили дверь открытой, получая особое удовольствие от того, что за ними наблюдали. Теперь все стало по местам. Тогда, в своем времени, она сделала неправильный выбор. Выбрала не того брата. В отличие от нежелания Дэймона быть монстром, его брат сразу принял на себя всю прелесть бессмертной жизни. И как она не могла рассмотреть сущность Стефана раньше?
«Нет, это не Стефан, не тот Стефан, которого ты знала», - уверенно сказал внутренний голос, - «Так что нечего тебе здесь торчать, ты тут вроде не на экскурсии».
«Я не могу его бросить его здесь. Чтобы Кэтрин растерзала все хорошее, что в нём есть», – ответила девушка сама себе.
«Так, забудь слово «не могу»», - раздраженно начал голос, - «ты сейчас просто развернешься, забудешь о всяких людях, вампирах, которые развлекаются извращениями, и начнешь, наконец, думать о куда более важных вещах. Например, о твоем с Дэймоном спасении».
Елена зачем-то оглянулась назад, посмотрев на старшего брата.
- Так, нам надо спешить, - быстро сообразил Дэймон и направился к лестнице, ступая осторожно, стараясь не наделать шума. Елена пыталась не отставать от него, оставив мысли о потерянной душе бывшего возлюбленного в прошлом.
Когда они спустились на кухню и уже были близко от черного входа, девушка, облегченно вздохнула, судорожно вцепившись в рукав вампира, и, казалось, никакая сверхъестественная сила не заставила бы ее отпустить его. Однако радоваться спасению было еще рано. На их пути возникли два человека, судя по их отрешенным взглядам, они были под внушением. Приставленные, по всей видимости, для охраны Елены, они быстро сообразили, в чём дело, грозно переглянулись и облизали пересохшие губы. Дэймон нервно оглядывался, лихорадочно соображая, как побыстрее и поуспешнее унести отсюда ноги.
«Охранники» угрожающе сверкнули глазами, видимо предвкушая, как они отделают наглеца, собирающегося украсть девушку, которую они должны оставить в особняке ценой жизни. Их руки уже потянулись к поясу, туда, где у каждого был припрятан пистолет.
- Они под внушением! – шепнула девушка, не отпуская рукав Сальваторе. – Они сделают все, на что их загипнотизировали.
- Вам лучше вернутся в спальню, – сказал один из них, обращаясь к девушке, поглаживая дуло револьвера.
- Смотрите! – вдруг перебил его Дэймон, тыча указательным пальцем куда-то поверх голов «охранников» с самым заинтересованным и загадочным видом, на который был способен.
Удивленно обернувшись, они тупо уставились в противоположную стену, но не обнаружили там ничего, кроме большого черного паука, прилипшего к этой стене, видимо довольно давно. На их лицах появилась тень удивления, и они резко обернулись назад, чтобы уточнить, что конкретно хотел сказать этот странный молодой человек. Однако, повернув свои головы, на то место, где только что стояла парочка, они обнаружили зияющую пустоту.
***
Наше время.
Привычный запах. Тишина.
Дэймон напряг слух. Где-то раздавалась биение нескольких сердец и приглушенные голоса.
Он попытался шевельнуться, но все тело словно парализовало. Точнее, его охватила какая-то странная истома, что даже открыть глаза было лень. Хотелось просто лежать здесь и не двигаться. Просто лежать на чем-то не слишком мягком, по ощущениям похожем на диван.
Своим хвостиком, мысль зацепила край сознания, отчего все тело непроизвольно напряглось.
На каком таком диване? Он не помнил, чтобы он заснул в предыдущую ночь на диване. Он вообще ничего не помнил. Только битва. Клаус. И кол в его сердце.
От таких не слишком веселых размышлений сознание стало постепенно оживать и напитывать тело жизнью.
Одно усилие - и он смог открыть глаза. Некоторое время он просто смотрел в потолок, пытаясь вспомнить, как он оказался в особняке. Бесполезно.
По мере того, как жизненная сила разливалась по венам, приходили и другие ощущения. Например, начала болеть голова. Боль была ноющей и противной. А еще он ощутил сухость во рту. Кажется, он давно, слишком давно не ел.
«Надо встать», - пронеслось в голове. Точнее даже не пронеслось, а прошло неспешным шагом. Не только мышцы, но и мысли – все приводилось в движение крайне медленно.
«Так», - сказал он сам себе, - «Ты сейчас вытащишь из-под себя руку, и, облокотившись на спинку дивана, поднимешься с мебели».
Он попытался. Не получилось. Тело не слушалось.
«Попытайся еще раз!»
Он попытался. И снова попытался. И еще раз попытался.
Но его организм был словно парализован. Наверное, такие ощущения испытывают люди, которые пробыли долгое время в коме. «В коме? Интересно, а вампиры впадают в кому?»
«Вот черт», - меланхолично подумал он. И тут его словно ударило током - «Он умер. Второй раз! А сейчас ожил, непонятно каким образом. Елена? Боже! Все ли с ней в порядке?»
От таких мыслей, тело сбросило с себя все остатки сна. Он резко сел и тут же упал обратно. Голова отдалась сильной болью. Немного подождав, когда боль слегка утихнет, он вновь попытался. С пятой попытки ему удалось сесть.
Те чувства и мысли, которые посещали Дэймона, пока он поднимался на второй этаж, где различалось биение человеческих сердец, были способны свести с ума любого, даже гораздо более стойкого человека. Приступы глубокого отчаяния резко сменялись полной апатией, а невыносимая тоска внезапным гневом. Вампир изо всех сил старался выпустить все возможные чувства, лишь бы не думать, что Елена не выжила. Он специально шел как можно медленнее, чтобы продлить момент счастливого неведения. Его сковывал страх, страх снова ощутить то бесконечное одиночество и пустоту, которую невозможно заполнить ничем, ничем кроме его принцессы.
И тут он увидел её, лежащую на кровати, в одной из комнат. Его маленькая смелая девочка. Она выглядела так, будто жить ей оставалось несколько дней, а то и часов. Кровь отлила от лица, и теперь легкий загар походил на уродливую театральную маску. Ее волосы спутались, нос заострился. Но она всё ещё оставалась его прекрасной принцессой, чье сильное сердечко продолжало толкать кровь по венам.
Вдруг стало жутко холодно, мурашки побежали по спине. Могут ли вампиры чувствовать холод? Холод - нет, а смерть, которая совсем рядом - еще как.
Дэймон оглянулся. В комнате находилась Бонни и пьяный Аларик. Безысходность обрушилась на него тяжелой волной.
-Где Стефан? – спросил охрипшим голосом вампир.
- Он будто одержим, - прошептал учитель, – В несколько секунд с ним будто что-то произошло, и он исчез. Мы не можем его найти или хотя бы дозвониться.
И тут в сознании Дэймона всплыли картины, картины, казалось, прошлого столетия. Стефан и Кэтрин. Их тела в экстазе. И Елена, да, Елена, которая стояла за его спиной, когда они наблюдали весьма пикантную сцену. Но она не плакала. Не переживала. Не расстраивалась. Это странное воспоминание больше походило на сон, нежели на реальность. Ведь эта греза была построена на том, что его мечта сбылась, и девушка, за чье сердце он так долго боролся, любила его.
- Итак, - старший Сальваторе забрал из рук Зольцмана бутылку и, сделав внушительный глоток, продолжил, – Я смотрю, вы без меня натворили дел. Даже на денек умереть нельзя!